Присоединиться

Севидов: "Не могу назвать провальными для себя эти полгода"

Главный тренер Металлиста Александр Севидов подвел итоги выступлений своей команды в первой части сезона.

  • Мирон Маркевич сказал, что в его ситуации в Днепре роль тренера нивелируется. А вашей в Металлисте: нивелируется или возрастает в разы?

  • Я думаю, в нашей ситуации играли важную роль другие моменты. Потому что финансовую сторону вопроса тренер никак не может контролировать. Единственное, что приходилось делать в нашем случае – ну, практически уговаривать некоторых футболистов выходить и играть. Приходилось напоминать, что есть свое имя и честь клуба. Поэтому не могу провести параллели между Металлистом и Днепром. У нас абсолютно разные проблемы.

  • Считаете, вы сделали все, что могли?

  • Думаю, в той ситуации, в которой мы были, конечно же, недобрали очков. Даже несмотря на то, что у нас были такие большие проблемы. Не помню даже, когда в последний раз был собой доволен и тем, что сделали все, что могли, или даже больше. Конечно, я считаю, что по уровню мастерства наших футболистов мы должны быть выше в таблице. Но с другой стороны, с такой ситуацией мне не приходилось сталкиваться даже в Говерле. Могу привести пример: когда было собрание тренеров Премьер-лиги, на нем присутствовал Семен Иосифович Альтман. Так вот он сказал примерно следующее: "Я вам даже ничего посоветовать не могу, потому что никогда не был в такой ситуации". Так вот, никто из ведущих наших тренеров и не представляет, с какими трудностями приходится сталкиваться в таких условиях работы.

  • Касательно очков: правда, можно было набрать существенно больше?

  • Да, конечно. А ведь еще очков восемь, и никто бы не говорил о катастрофическом положении Металлиста в чемпионате. Но я разделил бы нашу работу на две части. Мы недобрали очков, не считая судейских ошибок, после матча с Волынью. Да, мы, по непонятным до сих пор для меня причинах, уступили Олимпику. Я правда до сих пор не могу понять, что случилось на поле, почему мы уступили безвольно, нарушая все футбольные законы. Мы уступили по мастерству и игре Динамо, Шахтеру и Днепру. Тем не менее, считаю, что недобрали очков с Говерлой (сами виноваты), со Сталью (сами виноваты). В общем, были матчи, в которых мы могли набрать больше очков. Ну а переломным моментом, после которого началось медленное, но уверенное падение вниз, стал именно матч против Волыни, когда несколько судейских решений повлияли на исход матча.

  • О чем думали после первого тура, когда команда обыграла Карпаты? В итоге эта победа стала единственной в чемпионате, но на тот момент строили более амбициозные планы?

  • Ради справедливости скажу, что на тот момент Металлист не был сильнее Карпат. Просто тогда мы сыграли на огромных эмоциях, благодаря которым и победили. Но, конечно, тогда я видел постепенный рост команды. Тогда думал о том, что если перед футболистами будут выполняться финансовые обязательства, то команда будет прогрессировать и дальше.

  • А когда уже удалось окончательно собрать заявку на сезон, в которой было большое количество именитых и сильных футболистов, подумывали о Лиге Европы?

  • Я уверен, что, если бы у команды было стабильное финансирование – на том уровне, который нам обещали в начале сезона, а, поверьте, речь идет не о том финансировании, которое было даже еще год назад – Металлист сейчас находился бы в той зоне, где находятся Ворскла и Волынь. А может быть и выше. Я просто уверен. Потому что я могу сравнивать даже по играх против этих команд. В этих матчах, а также против Зари, мы ни в чем не уступали соперникам. Но вообще, если говорить об игровых моментах, большой нашей проблемой было то, что нам не хватало скорости и быстрых игроков. Да, мы собрали хороших футболистов, но не хватало скорости. Сейчас я уже могу сказать, что переходить в Металлист летом отказались Лазич, Казарян, Грегори Нельсон, Мякушко и Болбат, которого мы хотели оставить. В итоге, футболистов, которые давали бы скорость, нам и не хватило.

  • Вы сейчас не жалеете, что летом пригласили в Металлист целую группу игроков?

  • Знаете, мне на самом деле тяжело сейчас отвечать на этот вопрос. Потому что у тренера есть определенная ответственность перед этими футболистами, которым не платят деньги.

  • Я именно к этой теме и подводил.

  • Мы приглашали футболистов летом, когда все уже знали о проблемах клуба. И эти приглашения строились на отношениях, как мне объяснили в клубе. То есть, футболисты в какой-то момент верят и тренеру, и руководителям клуба. Мы приглашали игроков, которых хорошо знали по выступлениям в чемпионате Украины. У нас просто не было времени для просмотров.

Конечно, было очень много моментов, когда мне было неловко смотреть в глаза ребятам. Потому что, знаете, надеяться на что-то, а потом видеть, что ничего не выполняется… Конечно, это очень тяжелый психологический момент. Поэтому в определенной момент чемпионата в команде произошел надлом. Этого я не могу скрывать. Да и не хочу.

  • В последние два месяца, когда финансовый кризис чувствовался особенно остро, вы чувствовали, что все так же имеете морально право требовать чего-то от футболистов, кричать во время установок и в перерывах матчей? Или же вы перешли на просьбы?

  • Я обычно кричу на футболистов. Такой стиль управления. Возможно, не совсем правильный, но кричать не переставал никогда. И я всегда повторял футболистам одну простую вещь: у каждого есть право выбора – если кто-то хочет покинуть команду, он может сделать это в любой момент. С юридической стороны это не стало бы проблемой. Не зря Витя Вацко часто любил повторять, что у нас команда свободных агентов. Любой футболист мог написать заявление, обратиться в КДК, разорвать контракт и уйти. Но если ты остаешься – выполняй то, что от тебя требуется. Я понимал, что это легче сказать, чем сделать. Потому что футболист, знаете, как: вроде и хочу, а ноги не бегут. Или голова в другом месте находится.

В общем, я свои методы не менял. Конечно, были корректировки на создание нормальной атмосферы внутри команды. Но когда практически вся команда переехала на базу… Вы представляете себе: двадцать взрослых мужиков, после тренировки, и все сами себе предоставлены… Это очень и очень серьезный момент. Это еще хуже, чем вообще не завозить команду на базу. Потому что с очень плохим настроением возникают очень плохие мысли. Вот в этот период приходилось очень тяжело. Приходилось разговаривать с игроками и до, и после каждой тренировки. В любом случае, я всегда уважал своих футболистов: как бы они не играли и в каком бы настроении не находились. Потому что именно они выходили на поле и делали историю клуба.

  • Вы со всеми остались в хороших отношениях?

  • Со всеми кроме тех, кто меня обманул. Я не раз повторял футболистам, что они могут обмануть не меня. Они могут обмануть только себя и коллектив. Но рано или поздно этот обман раскрывается и тогда мы с этим футболистом прощаемся.

  • Можете расшифровать, пожалуйста.

  • Конечно, могу. Есть такое понятие, как нарушение спортивного режима. Есть такое понятие, как спортивная этика, то есть этика взаимоотношений в команде, между игроком и тренером или футболист – работник клуба. Эти отношения и культура должны оставаться в любой ситуации. Для меня это всегда было очень важно. Поэтому обращал на это внимание. И мне вообще непонятно, когда, допустим, смотрим дубль, а после матча команда соперника проходит мимо и ни один человек не здоровается с главным тренером. Это отсутствие культуры мне непонятно. Поэтому, когда мой футболист позволяет себе нарушать спортивный режим (при том, что я всегда могу все понять и войти в положение), переходит черту, нам приходится прощаться.

  • То есть, были футболисты, прощание с которыми инициировали именно вы?

  • Да. Такие игроки были.

  • Наверное, большинство болельщиков выделило бы из этого состава Довгого, Приемова и Худжамова, как самых полезных игроков, бойцов, профессионалов.

  • Не хочу никого выделять. Единственное, что могу сказать: у каждого человека свой склад характера. У каждого свой внутренний стержень: один сдается рано, кто-то – позже, а кто-то не сдается вообще – умирает, но не сдается. Но нам ведь приходилось работать с теми футболистами, которые у нас есть, принимая их характер. И у нас тоже вышло, что кто-то сдался практически сразу, а кто-то бился и верил до конца, что все наладится. Ну и отдельно нужно говорить об арендованных футболистах, которых у нас было немало:

Худжамов, Чурко, Беседин, Рыжук, Полянский… У них есть плацдарм за спиной в виде контрактов с Динамо и Шахтером, поэтому, на мой взгляд, им было немного легче психологически. Ну, а касательно того же Леши Довгого: да, у него был определенный спад, как и у всех. Но в том-то и состоит сила духа, что, когда тебе нужно, – ты можешь собраться. А кто-то в этот момент собраться не мог.

  • Что было хорошего за это время во главе Металлиста?

  • Думаю, первых два месяца. Команда развивалась, прибавляла и ставала похожей на боевую единицу. Я видел, что ребята хотят играть.

  • В то же время, эти полгода – худшие в вашей карьере тренере?

  • Та нет, почему? Если говорить о том, что команда не развивалась во второй части этого отрезка чемпионата, то, наверное, да. Но в плане опыта, новых знакомств и отношений с людьми – это было полезное время. Да и интернет-бойцов – людей, которые поливают грязью, все равно меньше – люди ведь приходили на стадион и поддерживали свою команду. И я не могу назвать провальными для себя эти полгода. В таком городе… Нет, не могу. Опыт и в человеческих отношениях, и чисто спортивный, опыт, полученный в матчах против Шахтера, Динамо и Днепра – разве это может быть провальным периодом времени? Нет, это опыт, который, надеюсь, поможет нам в дальнейшем.

f4422dd649f715b625854f6b6ce3e4bf_xfSJeUeQi5w.jpg